13
Мар, 2019

Президиум СИП: передать долг без согласия кредитора нельзя, поэтому обязанности истца не могли перейти к новому правообладателю

IPCs-position

Президиум СИП подтвердил правомерность отказа новому правообладателю в процессуальном правопреемстве, напомнив о невозможности уступить право требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

25 января президиум Суда по интеллектуальным правам (СИП) оставил без изменения вынесенное ранее определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.

Индивидуальный предприниматель С.Ф. Хуснутдинова обратилась в СИП с иском к АО «Невская косметика» о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в отношении услуг 35-го и 42-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ) вследствие его неиспользования.

СИП утвердил мировое соглашение между истцом и ответчиком, в соответствии с которым АО «Невская косметика» передало истцу исключительное право на товарный знак, а истец, в свою очередь, предоставил ответчику лицензию на его использование.

Позднее в СИП с заявлением о процессуальном правопреемстве обратился индивидуальный предприниматель А.В. Ибатуллин.

СИП оставил заявление предпринимателя без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным определением, предприниматель обратился в президиум СИП с кассационной жалобой, в которой указал, что суд неправомерно сослался на пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

По мнению предпринимателя, из буквального содержания мирового соглашения, утвержденного судом первой инстанции по настоящему делу, не следует, что личность кредитора имеет существенное значение для должника и что это мировое соглашение содержит запрет условия об уступке права.

Как указал заявитель кассационной жалобы, вывод суда о неразрывной связи уступаемого права требования с истцом противоречит пункту упомянутого выше 11 Постановления Пленума ВС РФ № 54, в котором разъяснено, что возможность уступки права не ставится в зависимость от того, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником.

Предприниматель обратил внимание также на то, что из мирового соглашения не следует, что после перехода исключительного права на товарный знак от ответчика истцу последний не вправе уступить в полном объеме исключительное право другому лицу, тогда как такая уступка исключительного права на спорный товарный знак столь же законна, как и уступка права на получение от ответчика исключительного права на спорный товарный знак.

По мнению предпринимателя, предусмотренная мировым соглашением обязанность истца заключить лицензионный договор с ответчиком не прекращается при уступке права требования, в связи с чем истец будет нести предусмотренную законом ответственность.

В то же время, ссылаясь на положения пункта 1 статьи 313 ГК РФ предприниматель указал, что истец вправе возложить на него обязанность по заключению предусмотренного мировым соглашением лицензионного договора, при этом, по его мнению, такая обязанность считается перешедшей к нему вместе с уступленным правом на получение исключительного права на товарный знак по аналогии с положениями пункта 7 статьи 1235 ГК РФ.

Президиум СИП, отклоняя кассационную жалобу, согласился с выводами суда первой инстанции.

Как указала кассационная инстанция, истец уступил только право требования в отношении товарного знака, но не встречную обязанность по нему. Следовательно, суд первой инстанции исходил не из самого факта этой обязанности, а из существенности личности истца для организации.

В соответствии с ГК РФ уступка без согласия должника не допускается по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Предоставить лицензию АО «Невская косметика» мог только истец, но для этого он должен быть правообладателем. Кроме того, он совершил оферту в отношении лицензионного договора. Поэтому его личность имеет существенное значение для АО «Невская косметика», – к такому выводу пришел президиум СИП.

Президиум подчеркнул, что обязанности истца не могли перейти к новому правообладателю, так как долг нельзя передать без согласия кредитора.

Также суд напомнил, что аналогия закона, при которой обременения следуют за судьбой имущественного права, в обязательственных отношениях не применяется.

С подробной информацией о ходе рассмотрения данного дела можно ознакомиться в соответствующей карточке дела в картотеке арбитражных дел.

Популярные записи
      x

      Напишите нам письмо

      Предоставляя сведения пользователь дает
      согласие на использование персональных данных
      x

      Спасибо!

      Наш оператор свяжется с вами в
      ближайшее время

      Политика конфиденциальности

      Согласие на использование персональных данных